Элегия (Я видел смерть...)

Я видел смерть; она в молчанье села 
 У мирного порогу моего; 
 Я видел гроб; открылась дверь его; 
 Душа, померкнув, охладела... 
 Покину скоро я друзей, 
 И жизни горестной моей 
 Никто следов уж не приметит; 
 Последний взор моих очей 
 Луча бессмертия не встретит, 
 И погасающий светильник юных дней 
 Ничтожества спокойный мрак осветит. 
 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 
 Прости, печальный мир, где темная стезя 
 Над бездной для меня лежала — 
 Где вера тихая меня не утешала, 
 Где я любил, где мне любить нельзя! 

 Прости, светило дня, прости, небес завеса, 
 Немая ночи мгла, денницы сладкий час, 
 Знакомые холмы, ручья пустынный глас, 
 Безмолвие таинственного леса, 
 И все... прости в последний раз. 

 А ты, которая была мне в мире богом, 
 Предметом тайных слез и горестей залогом, 
 Прости! минуло всё... Уж гаснет пламень мой, 
 Схожу я в хладную могилу, 
 И смерти сумрак роковой 
 С мученьями любви покроет жизнь унылу. 

 А вы, друзья, когда, лишенный сил, 
 Едва дыша, в болезненном боренье, 
 Скажу я вам: «О други! я любил!..» 
 И тихий дух умрет в изнеможенье, 
 Друзья мои,— тогда подите к ней; 
 Скажите: взят он вечной тьмою... 
 И, может быть, об участи моей 
 Она вздохнет над урной гробовою. 
 1816