Красавице, которая нюхала табак

Возможно ль? вместо роз, Амуром насажденных, 
 [Тюльпанов гордо наклоненных,] 
 Душистых ландышей, ясминов и лилей, 
 [Которых ты всегда] любила 
 [И прежде всякой день] носила 
 На мраморной груди твоей - 
 Возможно ль, милая Климена, 
 Какая странная во вкусе перемена!..... 
 Ты любишь обонять не утренний цветок, 
 А вредную траву зелену, 
 Искусством превращенну 
 В пушистый порошок! - 
 Пускай уже седой профессор Геттингена, 
 На старой кафедре согнувшися дугой, 
 Вперив в латинщину глубокой разум свой, 
 Раскашлявшись, табак толченый 
 Пихает в длинный нос иссохшею рукой; 
 Пускай младой драгун усатый 
 [Поутру, сидя у] окна, 
 С остатком утреннего сна, 
 Из трубки пенковой дым гонит сероватый; 
 Пускай красавица шестидесяти лет, 
 У Граций в отпуску, и у любви в отставке, 
 Которой держится вся прелесть на подставке, 
 Которой без морщин на теле места нет, 
 Злословит, молится, зевает 
 И с верным табаком печали забывает, -
 А ты, прелестная!.. но если уж табак 
 Так нравится тебе - о пыл воображенья! -
 Ах! если, превращенный в прах, 
 И в табакерке, в заточеньи, 
 Я в персты нежные твои попасться мог, 
 Тогда б в сердечном восхищеньи 
 Рассыпался на грудь под шелковый платок 
 И даже... может быть... Но что! мечта пустая. 
 Не будет этого никак. 
 Судьба завистливая, злая! 
 Ах, отчего я не табак!... 


 1814