Наполеон

Чудесный жребий совершился: 
 Угас великой человек. 
 В неволе мрачной закатился 
 Наполеона грозный век. 
 Исчез властитель осужденный, 
 Могучий баловень побед, 
 И для изгнанника вселенной 
 Уже потомство настает.

 О ты, чьей памятью кровавой 
 Мир долго, долго будет полн, 
 Приосенен твоею славой, 
 Почий среди пустынных волн.... 
 Великолепная могила! 
 Над урной, где твой прах лежит, 
 Народов ненависть почила, 
 И луч бессмертия горит.

 Давно ль орлы твои летали 
 Над обесславленной землей? 
 Давно ли царства упадали 
 При громах силы роковой; 
 Послушны воле своенравной, 
 Бедой шумели знамена, 
 И налагал ярем державный 
 Ты на земные племена?

 Когда надеждой озаренный 
 От рабства пробудился мир, 
 И галл десницей разъяренной 
 Низвергнул ветхий свой кумир; 
 Когда на площади мятежной 
 Во прахе царский труп лежал, 
 И день великий, неизбежный - 
 Свободы яркий день вставал -

 Тогда в волненьи бурь народных 
 Предвидя чудный свой удел, 
 В его надеждах благородных 
 Ты человечество презрел. 
 В свое погибельное счастье 
 Ты дерзкой веровал душой, 
 Тебя пленяло самовластье 
 Разочарованной красой.

 И обновленного народа 
 Ты буйность юную смирил, 
 Новорожденная свобода, 
 Вдруг онемев, лишилась сил; 
 Среди рабов до упоенья 
 Ты жажду власти утолил, 
 Помчал к боям их ополченья. 
 Их цепи лаврами обвил.

 И Франция, добыча славы, 
 Плененный устремила взор, 
 Забыв надежды величавы, 
 На свой блистательный позор. 
 Ты вел мечи на пир обильный; 
 Всё пало с шумом пред тобой: 
 Европа гибла - сон могильный 
 Носился над ее главой.

 И се, в величии постыдном 
 Ступил на грудь ее колосс. 
 Тильзит!... (при звуке сем обидном 
 Теперь не побледнеет росс) - 
 Тильзит надменного героя 
 Последней славою венчал, 
 Но скучный мир, но хлад покоя 
 Счастливца душу волновал.

 Надменный! кто тебя подвигнул? 
 Кто обуял твой дивный ум? 
 Как сердца русских не постигнул 
 Ты с высоты отважных дум? 
 Великодушного пожара 
 Не предузнав, уж ты мечтал, 
 Что мира вновь мы ждем, как дара: 
 Но поздно русских разгадал...

 Россия, бранная царица, 
 Воспомни древние права! 
 Померкни, солнце Австерлица! 
 Пылай, великая Москва! 
 Настали времена другие, 
 Исчезни, краткий наш позор! 
 Благослови Москву, Россия! 
 Война по гроб - наш договор!

 Оцепенелыми руками 
 Схватив железный свой венец, 
 Он бездну видит пред очами, 
 Он гибнет, гибнет наконец. 
 Бежат Европы ополченья! 
 Окровавленные снега 
 Провозгласили их паденье, 
 И тает с ними след врага.

 И всё, как буря, закипело; 
 Европа свой расторгла плен; 
 Во след тирану полетело, 
 Как гром, проклятие племен. 
 И длань народной Немезиды 
 Подъяту видит великан: 
 И до последней все обиды 
 Отплачены тебе, тиран!

 Искуплены его стяжанья 
 И зло воинственных чудес 
 Тоскою душного изгнанья 
 Под сенью чуждою небес. 
 И знойный остров заточенья 
 Полнощный парус посетит, 
 И путник слово примиренья 
 На оном камне начертит,

 Где, устремив на волны очи, 
 Изгнанник помнил звук мечей 
 И льдистый ужас полуночи, 
 И небо Франции своей; 
 Где иногда, в своей пустыне 
 Забыв войну, потомство, трон, 
 Один, один о милом сыне 
 В уныньи горьком думал он.

 Да будет омрачен позором 
 Тот малодушный, кто в сей день 
 Безумным возмутит укором 
 Его развенчанную тень! 
 Хвала! он русскому народу 
 Высокий жребий указал, 
 И миру вечную свободу 
 Из мрака ссылки завещал.



 1821