Песнь о вещем Олеге

Как ныне сбирается вещий Олег 
 Отмстить неразумным хозарам: 
 Их села и нивы за буйный набег 
 Обрек он мечам и пожарам; 
 С дружиной своей, в цареградской броне, 
 Князь по полю едет на верном коне. 

 Из темного леса навстречу ему 
 Идет вдохновенный кудесник, 
 Покорный Перуну старик одному, 
 Заветов грядущего вестник, 
 В мольбах и гаданьях проведший весь век. 
 И к мудрому старцу подъехал Олег. 

 «Скажи мне, кудесник, любимец богов, 
 Что сбудется в жизни со мною? 
 И скоро ль, на радость соседей-врагов, 
 Могильной засыплюсь землею? 
 Открой мне всю правду, не бойся меня: 
 В награду любого возьмешь ты коня». 

 «Волхвы не боятся могучих владык, 
 А княжеский дар им не нужен; 
 Правдив и свободен их вещий язык 
 И с волей небесною дружен. 
 Грядущие годы таятся во мгле; 
 Но вижу твой жребий на светлом челе, 

 Запомни же ныне ты слово мое: 
 Воителю слава — отрада; 
 Победой прославлено имя твое; 
 Твой щит на вратах Цареграда; 
 И волны и суша покорны тебе; 
 Завидует недруг столь дивной судьбе. 

 И синего моря обманчивый вал 
 В часы роковой непогоды, 
 И пращ, и стрела, и лукавый кинжал 
 Щадят победителя годы... 
 Под грозной броней ты не ведаешь ран; 
 Незримый хранитель могущему дан. 

 Твой конь не боится опасных трудов: 
 Он, чуя господскую волю, 
 То смирный стоит под стрелами врагов, 
 То мчится по бранному полю, 
 И холод и сеча ему ничего. 
 Но примешь ты смерть от коня своего». 

 Олег усмехнулся — однако чело 
 И взор омрачилися думой. 
 В молчанье, рукой опершись на седло, 
 С коня он слезает угрюмый; 
 И верного друга прощальной рукой 
 И гладит и треплет по шее крутой. 

 «Прощай, мой товарищ, мой верный слуга, 
 Расстаться настало нам время: 
 Теперь отдыхай! уж не ступит нога 
 В твое позлащенное стремя. 
 Прощай, утешайся — да помни меня. 
 Вы, отроки-други, возьмите коня! 

 Покройте попоной, мохнатым ковром; 
 В мой луг под уздцы отведите: 
 Купайте, кормите отборным зерном; 
 Водой ключевою поите». 
 И отроки тотчас с конем отошли, 
 А князю другого коня подвели. 

 Пирует с дружиною вещий Олег 
 При звоне веселом стакана. 
 И кудри их белы, как утренний снег 
 Над славной главою кургана... 
 Они поминают минувшие дни 
 И битвы, где вместе рубились они... 

 «А где мой товарищ? — промолвил Олег,— 
 Скажите, где конь мой ретивый? 
 Здоров ли? всё так же ль легок его бег? 
 Всё тот же ль он бурный, игривый?» 
 И внемлет ответу: на холме крутом 
 Давно уж почил непробудным он сном. 

 Могучий Олег головою поник 
 И думает: «Что же гаданье? 
 Кудесник, ты лживый, безумный старик! 
 Презреть бы твое предсказанье! 
 Мой конь и доныне носил бы меня». 
 И хочет увидеть он кости коня. 

 Вот едет могучий Олег со двора, 
 С ним Игорь и старые гости, 
 И видят: на холме, у брега Днепра, 
 Лежат благородные кости; 
 Их моют дожди, засыпает их пыль, 
 И ветер волнует над ними ковыль. 

 Князь тихо на череп коня наступил 
 И молвил: «Спи, друг одинокий! 
 Твой старый хозяин тебя пережил: 
 На тризне, уже недалекой, 
 Не ты под секирой ковыль обагришь 
 И жаркою кровью мой прах напоишь! 

 Так вот где таилась погибель моя! 
 Мне смертию кость угрожала!» 
 Из мертвой главы гробовая змия 
 Шипя между тем выползала; 
 Как черная лента, вкруг ног обвилась: 
 И вскрикнул внезапно ужаленный князь. 

 Ковши круговые, заленясь, шипят 
 На тризне плачевной Олега: 
 Князь Игорь и Ольга на холме сидят; 
 Дружина пирует у брега; 
 Бойцы поминают минувшие дни 
 И битвы, где вместе рубились они. 
 1822