Пророк

Духовной жаждою томим, 
 В пустыне мрачной я влачился, 
 И шестикрылый серафим 
 На перепутье мне явился. 
 Перстами легкими как сон 
 Моих зениц коснулся он: 
 Отверзлись вещие зеницы, 
 Как у испуганной орлицы. 
 Моих ушей коснулся он, 
 И их наполнил шум и звон: 
 И внял я неба содроганье, 
 И горний ангелов полет, 
 И гад морских подводный ход, 
 И дольней лозы прозябанье. 
 И он к устам моим приник, 
 И вырвал грешный мой язык, 
 И празднословный и лукавый, 
 И жало мудрыя змеи 
 В уста замершие мои 
 Вложил десницею кровавой. 
 И он мне грудь рассек мечом, 
 И сердце трепетное вынул, 
 И угль, пылающий огнем, 
 Во грудь отверстую водвинул. 
 Как труп в пустыне я лежал, 
 И бога глас ко мне воззвал: 
 "Востань, пророк, и виждь, и внемли, 
 Исполнись волею моей 
 И, обходя моря и земли, 
 Глаголом жги сердца людей." 
 1826